no
4/Вера/slider

Реформация и православие

Комментариев нет
Реформация и православие остаются несовместимыми, даже в режимах богословских дискуссий. В какой форме тема Реформации может присутствовать в межконфессиональных дискуссиях? Что нужно учесть, чтобы ее обсуждение стало возможным?
Во-первых, нужно исходить из прямой связи между Реформацией и единством. Единство Церкви без Реформации недостижимо. Реформация без единства невозможна. Реформация по определению касается всей Церкви в ее конфессиональном многообразии. Иначе бы мы говорили о конфессиональных реформах.
Во-вторых, стоит отказаться от понимания своей конфессии как монолитной структуры. За схематичным диалогом протестантизма и православия нужно увидеть сложное разнообразие. Вместо православной Церкви стоит говорить о православных церквях. Православие внутренне разнородно. Православие и РПЦ не совпадают по объему. Протестантизм европейский и постсоветский тоже отличаются, хотя родовое имя у них одинаковое. Понимание внутренней конфессиональной разнородности создают возможность для внутренней свободы, а уже затем и для диалога с внешними. Если в истории православия были такие «протестанты», как патриарх Кирилл Лукарис, митрополит Петро Могила, философ Григорий Сковорода, то в православии появляется внутренний фактор инаковости, а у протестантов возникает чувство родства.
В-третьих, еще более сложное разнообразие нужно увидеть в истории Церкви. Бои за историю, за ее избирательную приватизацию-конфессионализацию нужно прекратить. Православие не имеет собственной непрерывной линии от Христа до наших дней. История до 1054 года – общее (католическое) наследие всех церквей. Крещение Руси – тоже общее, к РПЦ никакого отношения не имеющее. А если имеющее, то ровно настолько, насколько и другие церкви. Стоит преодолеть и стереотипы относительно протестантизма. Он не был изобретением 16 столетия, он был и должен оставаться частью истории единой Церкви, творчески продолжая или изменяя наследие католической (а в постсоветском контексте - православной) традиции. Если признать, что история глубже 1054 года может называться историей католической Церкви, то придется ответить на вопрос, можно ли выстроить протестантско-православные отношения минуя католицизм? Я думаю, что в диалоге протестантов и православных нельзя найти общее, не обращаясь к «католической» (т.е. общей) истории. Десятилетия лютеранско-православного диалога учат именно этому – все сравнения, разграничения и сближения повисают в воздухе без общей опоры на непрерывную католическую традицию. Т.е. православные и протестанты, будучи антикатолическими по своему происхождению, могут найти общее лишь в обращении к этим общим, хотя и проблемным для них корням. Примирение с католической традицией – важнейшее условие преобразующего сближения двух антикатолических конфессий.
В особенности это актуально для протестантизма. Может ли постсоветский протестантизм, с православно-сектантскими корнями, быть частью движения Реформации? Стоит ли ему рассматривать себя в контексте православия или в связи с западной традицией? В отрыве от европейской Реформации и, глубже, от католической традиции, протестантизм будет восприниматься как секта внутри православия, соответственно, утратит свою субъектность и право на диалог. По большому счету, православие обнаруживает готовность к диалогу лишь с метатрадицией – с католической Церковью. И тема Реформации возникает лишь в связи с ней, а не как самостоятельная либо протестантская.
В-четвертых, Реформация возможна там, где идентичность понимается как открытая. Что такое православие? Ответить не так просто. Идентичность конфессий нужно нуждается в реконструкции, т.е. в таком воссоздании, где бережное, уважительное отношение сочетается с творческим воображением и актуальным толкованием. В этом смысле история конфессий – не священный канон, но продолжающееся творчество. То, что было, не обязывает к бесконечному повторению. Скорее, поощряет к анализу, переосмыслению, улучшению. Вот факт: Реформация в РПЦ не удавалась никому – ни стригольникам, ни молоканам, ни меневцам, ни кочетковцам. Зададим вопрос: что в истории РПЦ препятствовало Реформации и преобразующему сближению с другими церквями? Следующий вопрос может быть таким: как стоит пересмотреть свою исторически обусловленную идентичность, чтобы она удовлетворяла библейско-богословским принципам и ультимативному требованию христианского единства?
Наконец, в каких формах Реформация продолжается сегодня, в эпоху кризиса церковных структур и недоверия к авторитетам? Пути Реформации ведут не через высокие кабинеты и богословские комиссии, но через живое общение рядовых верующих. Де факто, примирение происходит всякий раз, когда протестант читает тексты православных богословов и обогащается ими; когда православный автор цитирует протестантов в своих работах или выступлениях; когда возникает дружба и сотрудничество, обмен идеями и горячие диспуты между богословами разных конфессий.
Вот мой личный пример. Я – прихожанин протестантской, а именно баптистской церкви. При этом преподаю в католическом университете и пятидесятнической семинарии, дружу с православными разных патриархатов. Наиболее близкие мне по духу – митрополит Антоний Сурожский, поэтесса Ольга Седакова, богослов Кирилл Говорун, философ Юрий Черноморец. При этом в вопросах миссиологии я следую за пресвитерианами, а в социальной теологии – за католиками. И кто я после всего этого? Я не перестал быть протестантом, но знаю и принимаю меру православности и католичности, достраивая свою христианскую идентичность, открывая в другом недостающее и ценное. Подобным образом, православным может понадобится мера протестантскости, «евангельский» фермент, способный оживить церковную традицию. В конце концов, не так важно, что именно мы получаем друг от друга, важно уже то, что мы поворачиваемся друг ко другу и видим лицо, образ, разноличие, разнообразие, дополнительность, богатство христианства как такового.
Мне кажется, что такой экуменический тип христианина и такой экуменический способ отношений к разным традициям станут доминирующими – по крайней мере, в среде христиан-интеллектуалов.
А что в среде неинтеллектуалов? Там тоже есть свое сближение, особенно со стороны протестантов. Мотив сближения – тяга к традиции, жажда глубины. Конечно, православие, особенно московского образца, не сможет утолить эту жажду, или сможет лишь отчасти. Но именно в обращении к традиции, в ее живом прочтении, и протестанты, и православные, смогут найти возможность большей глубины и путь к общей (нашей, но не только нашей) традиции. Ведь Реформация – не только о простоте Евангелия, но и о предельной глубине, до которой не достигает ни одна из церковных традиций, но именно там все они могут встретиться.
author profile image
Abdelghafour

Lorem Ipsum is simply dummy text of the printing and typesetting industry. Lorem Ipsum has been the industry's standard dummy text ever since the 1500s, when an unknown printer took a galley of type and scrambled it to make a type specimen book.

Комментариев нет

Отправить комментарий

no