no
4/Вера/slider

Исповедь не-пастора

Комментариев нет

Несмотря на редкие попытки Турчинова хоть как-то корректировать свой медиаобраз, чтобы сблизить его с реальностью как он сам ее понимает,  дистанция между виртуальным и реальным лишь увеличивается. В самом деле, на фоне стереотипных образов «пастора» мало кто из журналистов интересуется, что «реальный» человек думает о себе и как он хочет себя представить обществу. В редких случаях, когда представляется возможность пообщаться в исповедальном жанре, Турчинов готов сказать о себе то, что он считает правдой, не ввязываясь при этом в дискуссии.
Его наиболее откровенное интервью о своем жизненном пути вышло в малоизвестном для светской аудитории протестантском журнале «Вера и жизнь» еще в 2001 году. Он признается, что был «целеустремленным карьеристом” еще с комсомольских лет, и удивлялся, когда образованные и перспективные люди уходили из комсомола к баптистам. Его рассказ о первом контакте с баптистами не лишен мистических деталей:  “Я решил проникнуть в это «логово», чтобы самому увидеть и понять, почему молодежь «от нас» уходит «к ним». Поехал общественным транспортом, инкогнито, взяв с собой товарища покрепче... На автобусной остановке обратились к аккуратно одетой женщине, чтобы узнать, как проехать в нужном нам направлении - на какую-то окраину, куда при советской власти всегда загоняли баптистов. А она говорит: «Слава Богу! Я тут уже давно жду вас, вы ведь едете в Дом молитвы?..» И, видя наше замешательство, пояснила: «Мне сегодня сон был: подойдут ко мне две заблудшие души , и я укажу им путь ко спасению...» [27, 20].
Уже в девяностые годы он принял крещение по вере: “когда крестился во второй раз полным погружением в воду, осознавая глубочайший смысл происходящего, я понял, что принял самое лучшее решение в своей жизни” [27, 21] и тем самым присоединился к общине баптистов. Что его привлекло? «Общаясь с баптистами, я убеждался, что в их вере нет лишнего, наносного. С пресвитером Владимиром Яковлевичем Кунцом мы знакомы уже несколько лет, я видел в нем простого, доступного человека, в котором нет ничего показного. Он пришел к Богу не тогда, когда это стало общепринятым, а тогда, когда это было опасно и ради веры надо было жертвовать многим, если не всем” [27, 21].
Подражая своему духовному наставнику, Турчинов учился жить  и служить на всяком месте “как для Бога”: “Для меня тоже положение в обществе еще недавно очень многое значило, а сегодня я так ясно вижу суетность всего и радуюсь, что избавлен от этого. Пришло другое: надо просто честно делать (как для Господа) то, что тебе поручено... Я солгал бы, если бы сказал, что работать в политике, следуя законам Божьей любви, так же просто, как, например, у станка. Но я счастлив, что Господь - и только Он! - удержал меня на краю той пропасти, падая в которую человек получает удовольствие от власти, удовлетворение от того, что он может применить любые средства, лишь бы достичь цели [27, 21].
Еще одно искушение, о котором он свидетельствует – использовать христианские церкви в политических целях: “Власть стремится получить поддержку любой серьезной общественной силы, одной из которых, и это сегодня ни для кого не секрет, являются евангельские верующие” [27, 22]. И виновата в этом не только власть, но и сами церкви, ищущие поддержки и политического влияния.
То, что предлагает Турчинов, нельзя назвать разграничением религии и политики, церкви и государства. Напротив, он отстаивает возможность интеграции, но при этом – необходимую иерархию властей и ценностей, в которой Бог стоит на первом месте: “Нам не надо заискивать перед властью, она недостойна этого. Церковь выше политики, выше власти, и она должна требовать от власти, чтобы та действовала в соответствии со Священным Писанием, что, конечно, не значит - спускать власти директивы. Снятие проблемы: христианин и власть, христианин и политика - в том, что и в этой специфической сфере человеческой деятельности верующий должен работать так, чтобы это было угодно Богу” [27, 23].
Сказанное в 2001 году, не было опровергнуто жизнью Турчинова ни в первое, ни во второе его пришествия в большую политику. Он работал в партийной организации, парламенте, СБУ, правительстве, СНБО, исполнял обязанности президента. И в каждом из этих случаев было видно, что главным для него является не его место, но призвание.  Здесь “протестантская этика” проявилась в полной мере.
В своем “Свидетельстве” он пишет, что вера мешала его признанию со стороны общества, но зато помогала изнутри, давала целостность и силу бороться с соблазнами власти. “Не успели высохнуть чернила на указе о моем назначении, как мои оппоненты начали кричать, что этот баптист развалит спецслужбу... Мое вероисповедание пытались использовать как компромат. Хотя для меня компромат – это сведения о том, что человек не верит в Бога. Для него тогда нет ограничений” [29, 130], - рассказывал он о своем “служении” в СБУ.
Власть для Турчинова – искушение, и лишь тому, кто может с ним справиться, власть открывает свои позитивные возможности: “Только у человека, имеющего духовный стержень, есть какой-то шанс не поддаться скрытым искушениям власти” [29, 131], поэтому “Божий слуга, избранный для власти, должен осознавать, чье задание он выполняет, кому служит и кто возвысил его. Если ты исполняешь волю Бога, то нет силы, которая тебе может противостоять” [29, 132].
Власть должна быть связана с верой, иначе превращается в иллюзию и обманывает того, кто ее “имеет”: “Любая должность, любой чин – лишь иллюзия власти. Любая выигранная война, победа над врагами и проигрыш оппонентов – лишь иллюзия победы. Есть только одна истинная власть – власть над собственными пороками и страхами. Есть лишь одна истинная победа – победа над грехом. Эту истинную власть и эту истинную победу может дать вам лишь истинная вера” [29, 132].
В свою очередь вера должна быть связана с истиной, и свобода – тоже. “Человек, который не понимает, что такое свобода, не может ее защищать. Свобода – дочь истины. А Истина – это Бог” [29, 116].
Поэтому для его политической деятельности истины веры являются фундаментом. О себе лично свидетельствует, что каждый день начинает и заканчивает молитвой, а воскресенье с утра готовиться к проповеди, изучает Библию [27, 23].
В таком “протестантском” режиме для реальности виртуальной времени почти не остается. На медиа Турчинов смотрит как на антихристову систему пропаганды греха [29, 264], часть системы безграничного контроля над обществом, «единого и неделимого мирового порядка», «машинночеловеческого синдиката», «безжалостного государственно-электронного аппарата» [29, 262]. Основную угрозу он видит не столько в «совке» и неосоветской империи, сколько в мировом правительстве, которое начнет ставить метки на руку и лоб. «Тогда возникнет реальная опасность утратить свободу выбора, данную Богом; тогда все формы религии, как попытки познания Бога, будут опасными для системы, а значит – запрещенными» [29, 268]. Повторюсь, в этом плане Турчинов совершенно не вписывается в стереотипный образ прозападного агента глобализма и протестантизма.

«Свидетельства» Турчинова от первого лица существенно корректирует его сложившийся медиаобраз. Не-пастор видит себя Божьим слугой в политике, но не держится за статусы в «системе». Равным образом не-пастор не претендует на особое место в церкви, довольствуясь редкой проповедью в воскресенье. Его идеал веры, в которой все «просто» и «нет лишнего», но всегда есть место «жертве» и «служению»; в которой должны быть «ограничения» себя ради «угождения» Богу, вполне соответствует протестантским архетипам и очевидным образом не соответствует стереотипу «кровавого пастора».

To be continued 
author profile image
Abdelghafour

Lorem Ipsum is simply dummy text of the printing and typesetting industry. Lorem Ipsum has been the industry's standard dummy text ever since the 1500s, when an unknown printer took a galley of type and scrambled it to make a type specimen book.

Комментариев нет

Отправить комментарий

no