no
4/Вера/slider

Жизнь в окружении (заметки к выступлению на конференции Христианин нашего времени, Тамбов, 7 мая)

2 комментария

Сетевое окружение – не только метафора, но и вполне реальная структура, способ организации социальной жизни. Так мы думаем о себе и своих связях с другими, так мы представляем себе мир человеческих отношений. Что же нового представляет собой общество, устроенное как сеть, по сравнению с прошлыми эпохами и прошлыми образами жизни?
Историки говорят, что общество развивалось от некоей неразделенной тотальности, общности, стадности путем постепенного развития индивидуального начала. Вначале была общность-община, а человек в привычном для нас виде появился гораздо позже, когда он уже мог позволить себе относительную независимость. Первые люди жили вместе в пещерах, кругом грелись у костра, сообща загоняли в ловушку мамонта, охраняли свою территорию от врагов.
Так видят прошлое ученые-эволюционисты. Для тех из них, кто настроен романтично, это прошлое было золотым веком общинной жизни на лоне природы. Идиллию разрушило имущественное расслоение, выделение вождей и верхушки, распад первобытной общины.
Об утрате общинности модно горевать сегодня, когда, сидя перед экраном в своей частной квартире, человек на расстоянии видит картинки прошлого, испытывает приступ романтизма и жажду приключений.
Во многих бедах цивилизации винят культуру индивидуализма, прогресса, потребления. Винят небезосновательно, но без последствий – никто не хочет оставить привычные флэты и гаджеты, чтобы вернуться в пещеры, на деревья, в дикую природу.
На протяжении веков коллективизм традиционных обществ эволюционировал в более свободные формы, в которых рождалось понимание человека как личности, а не единицы рода, общины, класса, государства. В царской России эпоха личной свободы началась в 1861 году, а при советской коллективизации снова закончилась. Крепостное право охраняло не столько общину, сколько всевластное государство, в котором люди были не своей, а чужой собственностью, себе не принадлежали.
Индивидуализм приходит на смену коллективизму далеко не везде, в ряде цивилизаций до сих пор общность подчиняет себе индивида, а государство – личность. Так что любителям ходить строем и кушать в одной столовой можно посоветовать целый ряд стран, где их готовы принять.
В Европе промышленная революция, модернизация, научно-технический прогресс использовали импульсы индивидуализма и усилили его. На фоне прогресса возникает понятие личности как суверенной, свободной, активной, распоряжающейся своей жизнью и своими способностями. Пробуждение или рождение личности упорно связывают с успехами науки и производства. Сегодняшний человек недавно был обезьяной, позавчера взял в руки палку-копалку, а вчера пахал на барщине. Прогресс освободил и подарил достоинство. Человек с персональным компьютером на столе и айфоном в руке – венец эволюции, пик свободы. Он долго к этому шел, и наконец может успокоиться.
Нарисованную выше картину человеческой эволюции трудно согласовать с тем, что утверждают авторы Библии. Автор Бытия говорит, что человек был создан социальным - для общения с Богом и своей женой как alter ego, но создан изначально как индивидуальность, никому насильно не подчиненная, свободная и ответственная за себя. Люди сбились в стаю после грехопадения и изгнания из Эдема. Т.е. вначале была личность, которая затем потеряла свободу. Изгнанный из сада человек с целью выживания в деформированном грехом мире создает свою коллективную цивилизацию – города и государства, технику и культуру. Но созданная общность служит не общению, а интересам власти. Человек потерялся в массе, утратил свое имя и свое лицо. Часто у него оставался лишь номер и место в бараке или камере.
За последние сто лет в мире сформировалась новая цивилизация, называемая глобальной, охватившая весь мир с его разными типами обществ, культур, религий. Здесь нет места старому коллективизму – никто больше не захочет быть «как все». Здесь нет места эгоистическому индивидуализму - все нехотя взаимозависимы, все должны терпеть отличия друг друга. Так возникает новая форма связи между людьми, когда каждый может быть связан со всеми посредством неиерархических, нецентрализованных, свободно-избирательных отношений.
Сетевое окружение оставляет достаточно места личности, но заставляет считаться с присутствием других центров. Все оказываются рядом, когда это нужно, но никуда не скроешься, если вдруг захочется. Каждый свободен, но каждый на учете. Нужно учиться быть собой и нужно учиться жить вместе.
Жизнь в сети ограничивает произвол человека, приучая к правилам глобального общежития. Последуют новые вызовы информационной безопасности, личным правам и свободам. Будут попытки создания сетевой диктатуры, общесетевой религии. Ни один раз захочется отключиться от сети, отойти в сторону, побыть на дистанции.
По ту сторону коллективизма и индивидуализма строится глобальное царство, структура которого – всепроникающая сеть. В этой глобальности можно увидеть знаки антихристова порядка, в котором контроль тотален настолько, что нельзя ни купить, ни продать, ни отмолчаться, ни отсидеться. Но в формирующемся мире можно и даже нужно видеть знаки грядущего Царства Христова, которое объединит все народы и все языки.
Строится новая Вавилонская башня, но незримо растет и Новый Иерусалим. Пути назад, в Эдемский сад, уже нет. Цивилизация должна пройти свой путь и закончиться Градом Божьим. В гуще людей, в связке их судеб строятся разные порядки – Христа и антихриста. Внутри одной сети растут и соперничают между собой два града, две исторических линии. Последний Вавилон падет, Иерусалим принесет мир во всем мире. Сеть – один из знаков завершающейся истории, знамение всеобщей эсхатологии, последнее обобщающее движение.
Мы оказались внутри всеобъемлющей социальной сети, «скованные одной цепью», как в песне Nautilus Pompilius (из альбома «НиКомуНиКабельность»). В замкнутом на себя мире возникает жажда иного, того, что приходит с неба, как дождь, снег, солнце, ветер. Не случайно, что именно об этих подарках сверху поют так часто культовые группы.
Христианин - вполне обычный человек, часть социальной сети, но не только. Он нечто большее, он обращен не только к экрану или другому человеку, но также к небу, Богу. В сети нет ничего большего, чем человеческий гений и технические средства. И этого человеку явно не хватает. Информация, виртуальные развлечения, бизнес и политика становятся «черными» и безжизненными без смыслов, ценностей, истин.
Человечество – одна большая цепь, которая оживает лишь в контакте с Богом. Если Его нет среди нас, то сеть говорит об этом – о без-Божии, или о чем угодно другом, но с учетом того, что Его нет. Если же Бог есть в моей жизни, то это тут же проявляется в моем блоге, ФейсБуке, и-мэйле, и по всей сети пробегает искра, зажигая сердца.
Живя в Его свете, в контакте с Ним, каждый может быть свободным и настоящим, даже в сети. Сеть может стать рабской цепью, но может стать и живой связью с людьми, среди которых обитает Бог, может стать началом новой, постапокалиптической жизни.
author profile image
Abdelghafour

Lorem Ipsum is simply dummy text of the printing and typesetting industry. Lorem Ipsum has been the industry's standard dummy text ever since the 1500s, when an unknown printer took a galley of type and scrambled it to make a type specimen book.

2 комментария

  1. В начале чтения статья вызвала отторжения у меня из-за определенных литературных приемов.
    В конце чтения согласился с автором. Спасибо, Михаил, за еще один вдумчивый анализ происходящего и мыслей о том, как в этом настоящем надо жить.

    ОтветитьУдалить
  2. Сергей, за приемы приношу извинения:) Далеко не всегда совпадает читательские пожелания и форма авторского самовыражения:(((

    ОтветитьУдалить

no